Спецпредложение

Вечер тринадцатый (фотоотчет). Александр Горнон.


19 октября 2006, ЧТ, 19:00

ВЕЧЕР 13-й

Немало уже говорилось и писалось о том, насколько непохожими друг на друга бывают вечера, проходящие в «Старой Вене». И все же мы рискнем сказать, что 19-го октября в литературной гостиной отеля происходило нечто совершенно уникальное. Собственно говоря, уникальность – это, прежде всего, «рядовое» свойство героя вечера, поэта-полифоносемантика Александра Горнона, делающего все нестандартное и оригинальное (для нас, «обычных» людей) обыденным, обыкновенным, простым, естественным (по крайней мере, для себя самого). Вселенная – полифоносемантична. И полифоносемантично все вокруг. Ну, и стихи Горнона – сплошная полифоносемантика. Другое дело, что пришел Александр к такого рода текстам далеко не сразу. Можно сказать, шел он к своей полифоносемантической музе долгие годы, per aspera ad astra. А поначалу он был как все… Ну, не совсем как все, но писал стихи почти конвециональные, — во всяком случае, в рифму. В «плавающем» в Сети полусерьезном тексте (от которого он сам теперь уже отказывается, — то ли в шутку, то ли нет…) Горнон писал о себе, в третьем лице: «В 1981-м сблизился с Полифоносемантикой. Влюбился сразу же. В ней — всё! Она каждое мгновение — иная! 20 лет живут душа в душу. Поездили по России, побывали за границей, наведывались и в Белокаменную…». – В том то и дело, что поэт со своими стихами давно не навещал литературные салоны и гостиные Петербурга (не его в том вина, просто так складывались обстоятельства). Но однажды Горнон попал в «Старую Вену». И ему здесь всё понравилось – и атмосфера и «как голос звучит». И Александр начал склоняться к тому, что «здесь очень даже можно и выступить»…

«Начиная с 1981-го года А. Горнон разрабатывает полифоносемантическое направление в русской поэзии. Желание синтезировать в слове временную и пространственную структуру заставляет его обращаться к различным экспериментальным технологиям. Стихи А. Горнона — одновременно и графическая интерпретация звучания (преимущественно цветная), и сам процесс этого звучания (голосовая музыка), т.е. музыка, полученная путем многократного голосового наложения друг на друга различных фрагментов слова. Выступая перед аудиторией, автор, виртуозно используя микрофон, вплетает свой голос в живую ткань голосовой музыки, дирижируя семантикой звучащей фонограммы», — цитируем мы дальше тот же «сетевой» текст, желая дать слово самому поэту, нежели пороть чушь и отсебятину. Но – дабы не рассердить весьма требовательного, и к себе, и к другим, автора – сошлемся и на более «серьезный» и авторитетный источник: «Его стихи – это голосовая музыка, в основе которой лежит перетекание семантического наполнения слов при произнесении, с использованием меняющейся гаммы смысловых значений. Смысловое и звуковое единство произведения выявляется в речевом процессе при авторском чтении: читая вслух, автор параллельно использует звукозапись нескольких фаз своего голоса, что позволяет вычленять многие смысловые значения. Стихи имеют изобразительную интерпретацию на основе разнообразных вариаций шрифтовой графики и цвета» («Самиздат Ленинграда». Литературная энциклопедия. СПб., 2003 г.). Мы не случайно прибегли к столь обильному цитированию. Нами двигало желание показать (хотя бы в первом приближении), что речь идет о весьма сложном и неординарном явлении в современной поэзии. Имя ему – Александр Горнон. И любое выступление поэта сопряжено с переживаниями по поводу того, что адекватно представить (публике, читателю) свое полифоносемантическое творчество, по определению, невозможно, что непременно подведет весьма несовершенная техника, etc. К счастью, в «Старой Вене» выступление Горнона произошло практически без сбоев. Александр с большим воодушевлением читал стихи. Параллельно на экране, перенесенное посредством ноутбука, проплывали эти же тексты, нарисованные самим автором. Это рисунки особого рода; их задача – наглядно показать места «разветвлений», «переходов», смысловые оттенки, те «точки», где сидит «стрелочник», который переводит общетекстовой «состав» на те или иные семантические «рельсы». «Полифоносемантика. 25-й кадр, или Стихи не о том» – так называлась видеопоэтическая композиция, исполненная (и показанная) Александром Горноном. В качестве «25-го кадра» выступали картинки (проплывающие по экрану вместе с текстами; в основном, взятые из Интернета). Они давали как бы некое «приращение», подспудно действующее дополнение на зрителя/слушателя (работающее на подсознательном уровне).

После завершения программы завязалась дискуссия. Естественно, как это обычно и случается, сверхсложную и необычную поэзию Горнона на слух смогли «правильно» понять далеко не все. Вопросы поэту задавали как по существу, умные и провокационные (но не злые), так и не вполне умные, но вполне, в данном случае, естественные («а для чего Вы так пишите?», «а почему у Вас такие жесткие тексты?» и т.д.). Для нас же было и важно, и приятно, что Александр остался доволен самой атмосферой вечера и произведенным своими стихами эффектом…