Спецпредложение

«Бывают странные сближенья…» Н. Перевезенцева


10 января 2006, ВТ

Петербург — удивительный город. По его улицам свободно скачут памятники, прогуливаются носы, а гости прибывают в Зимний верхом на чертях. И любой перекресток в «историческом центре» — это не просто скрещение улиц. Это такой узел совпадений, встреч, трагедий и комедий, что, если бы существовала многотомная энциклопедия «Перекрестки Петербурга», читать ее можно было бы, как роман.

Не исключение, а, скорее, правило — перекресток Гороховой и Малой Морской (в недавние времена — улиц Дзержинского и Гоголя). «Пиковым перекрестком Петербурга» назвал его известный исследователь Петербурга Юрий Раков. И точнее не скажешь.

Самый старый дом перекрестка — дом №10 по М. Морской. «Дом Пиковой дамы». Нет, сколько угодно можно говорить о совпадениях, о собирательных образах — была, дескать, некая княгиня Голицына, которую Пушкин сделал прототипом своей графини, и дом ее описал точно, и современники сразу узнали, и при дворе не сердились… Но почему-то при взгляде на три темных угловых окна становится не по себе. Пиковая дама — карта черная, с ней связаны неприятности самого разного рода. Например, встреча со своей смертью.

Дом №15 по диагонали от дома Пиковой дамы. Обычный доходный дом. Перестроенный, конечно, из какого-то старого, николаевских времен. Был в этом, не дошедшем до нас доме, французский ресторан Дюме, который посещала золотая петербургская молодежь. Захаживал туда и Пушкин. И вот, в один прекрасный весенний день 1834 года, знакомится он там с молодым симпатичным французом. Жоржем Дантесом.

Кажется, призрак Пиковой дамы внимательно наблюдал за своим перекрестком. Ничто не ускользало от его холодного пристального взгляда. Поселился в доме №13 некий композитор, выпил стакан холодной воды — и скончался от холеры. Но композитора этого звали Петр Чайковский, и написал он оперу «Пиковая дама». За те недолгие дни, которые успел он прожить в этом доме, вспоминалось ли ему хоть раз, что напротив его окон — те самые темные окна спальни графини…

А вот узелок попроще. Совсем рядом — дом №17, где жил когда-то Гоголь. И писал в это время своих «Игроков» (влияние Пиковой дамы несомненно). А в доме №13 много позже снимет квартиру литератор Тургенев. И, единственный в России, откликнется на смерть Гоголя, — опубликует в одной из московских газет некролог. За что, в этом самом доме 13, под пристальным взглядом Пиковой дамы, его и арестуют.

Владельцы ресторана «Вена», поселившегося в конце XIX века в доме №13, вряд ли чувствовали инфернальную ауру перекрестка. Ресторан — предприятие земное, конкретное: цены на мясо растут, официантов надо школить, скатерти заменить. Но почему стали засиживаться в круглом с лепным потолком зале литераторы, артисты, музыканты: Блок, Белый, Куприн, Ходотов, Аверченко, Агнивцев… И владелец ресторана Иван Соколов, то ли любя литературу, то ли способствуя успеху своего заведения, превратил «Вену» в некий клуб артистической богемы Петербурга… Не расстегаями и борщами вошла в историю «Вена», а стихами, карикатурами, замысловатыми автографами. И еще — ностальгически